"Железная пята". Общественная деятельность
Еще в 90-х годах, до начала писательской деятельности, Лондон говорил о неизбежности гибели капитализма (статья "Вопрос о максимуме", 1898). Идея классовой борьбы проходит через многие его выступления. Особенно отчетливо она высказана в опирающейся на материалы его лекции статье "Борьба классов" (1903), а затем в предисловии к сборнику "Война классов" (1905). Почвой классовой борьбы Лондон считает непримиримость классовых интересов, а завершение ее видит в социалистической революции. После выборов 1904 года писатель склоняется к возможности мирного перехода к социализму (статья "Причины большого успеха социалистов на выборах в Соединенных Штатах в 1904 году"), но уже в 1905 году вновь утверждает, что рабочие возьмут власть силой. Русская революция 1905 года подкрепила его веру в неизбежность вооруженной схватки (предисловие к сборнику "Война классов", статья "Революция", 1905). В статье "Революция", написанной по материалам выступлений, Лондон выражал твердую уверенность в неудержимый рост социалистического движения и скорую победу рабочего класса, доказывал это анализом развития международного социалистического движения, открыто грозил капитализму революционным свержением и заявлял о приближении мировой революции.
Касаясь цели социалистов и путей ее достижения, Лондон писал: "Их цель - уничтожить капиталистическое общество и завладеть всем миром, на меньшее они не согласны. Если это позволяют законы страны, они действуют мирными средствами, опуская в урну избирательные бюллетени. Если же законы страны этого не позволяют и если против них применяется насилие, они и сами прибегают к насилию. На ярость они отвечают яростью. Они сильны и не ведают страха"*.
* (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 674. )
Подробно останавливаясь на проблемах классовой борьбы и революции, Лондон меньше внимания уделял характеристике социализма как общественной системы. Однако для него было ясно, что все средства производства социалистическая революция передаст в руки трудящихся.
По некоторым замечаниям, сделанным молодым Лондоном, можно судить, что он не считал социализм идеальной системой. Он полагал, что, давая огромные экономические преимущества в сравнении с капитализмом, социализм создаст условия для быстрого развития определенных родственных рас и их торжества.
"Социализм не является идеальной системой, - пишет Лондон в июне 1899 года, - придуманной человеком для счастья всей жизни, всех людей, а придуман он для счастья определенных родственных рас"*.
* ("Socialism is not an ideal system, devised by man for the happiness of all life; nor for happiness of all men; but it is devised for the happiness of certain kindred races". Ch. London, v. 1, p. 297.)
Лондону еще не все было ясно, и уточнению его социальных взглядов мешала перенесенная им вслед за Г. Спенсером из животного мира на человеческое общество теория о выживании наиболее приспособленных. Он не мог найти ответа на вопрос, что будет стимулировать прогресс внутри нации. При социализме взявший власть пролетариат уничтожит преимущества для сильных, таким образом борьбе между сильными и слабыми за пищу и жилище будет положен конец. И для Лондона оставался открытым вопрос, что же будет стимулировать совершенствование человека, когда закон естественного отбора потеряет силу (статья "Что нужно! Новый закон развития", 1901). Однако, несмотря на этот оставшийся открытым для него вопрос, писатель был убежден в огромных преимуществах новой системы. В многочисленных выступлениях и статьях он призывает к активной борьбе за изъятие из рук капиталистов средств производства и передачу их во владение рабочим, за построение социалистического общества. Он мечтал жить при социализме*.
* ("I should like to have socialism...", - пишет он Клоудесли Джонсу. Ch. London, v. 1, p. 351.)
Много лет спустя, в 1911 году, объясняя, что такое социализм, Лондон называет его "новой экономической и политической системой, посредством которой больше людей обеспечивается пищей. Короче говоря, социализм - это улучшенное производство пищи.
Кроме того, при социализме не только будет значительно облегчено добывание пищи и добываться она будет в большем количестве, но и установится более справедливое ее распределение. Социализм обещает со временем дать всем мужчинам, женщинам и детям пищи по потребности, предоставит им возможность в достатке есть все, что они пожелают, и так часто, как они пожелают"*.
* (J. London. The Human Drift. London, p. 24.)
Решающим условием победы пролетариата в жестокой классовой борьбе писатель считал объединение трудящихся. Сила их - в организованности. "И именно здесь, - пишет он 25 августа 1905 года в обращении к Центральному рабочему совету округа Аламеда, - я хочу обратить внимание на то, что вам всем известно, но что является настолько важным, что должно внушаться постоянно". И Лондон повторяет и подчеркивает: "…сила организованного труда заключается в братстве"*.
* (P. Foner. Jack London: American Rebel, pp. 120-121.)
Джек Лондон в 1905-1910 годах активно выступает как представитель левого крыла американского социалистического движения, возглавляемого Ю. Дебсом.
Лондон не оставляет свою социалистическую деятельность даже во время путешествия на яхте "Снарк" (1907-1909). В портах, где останавливался "Снарк", он проводит беседы о социализме, вступает в споры с моряками, грузчиками. Несмотря на тяжелую болезнь, он находит в себе силы написать в сиднейскую газету статью, в которой излагает основы теории Карла Маркса о прибавочной стоимости и показывает, что будущее принадлежит рабочему классу ("Забастовочные методы: американский и австралийский", январь 1909 года).
В том же 1909 году, вернувшись из путешествия, Лондон дает резкую отповедь попытке некоторых руководителей социалистического движения (Спарго, Хилкуит и др.) снять революционные лозунги и реорганизовать партию, практически слиться с Американской федерацией труда. В неопубликованном ответе Инглишу Уоллингу, известному в то время социалисту и публицисту*, Лондон пишет о том, что он безнадежный революционер и противник компромиссов и всегда будет твердо стоять за сохранение Социалистической партии революционной. Любой компромисс, подобный предлагаемому объединению с Американской федерацией труда, был бы, по его мнению, в данное время самоубийством. Он убежден, что если социалистическое движение в США пойдет по оппортунистическому пути, это будет означать торжество олигархии и "железной пяты", это означало бы шаг назад для движения по меньшей мере лет на двадцать**.
* (Уоллинг направил аналогичные письма с протестом против предлагаемого компромисса нескольким деятелям Социалистической партии, в том числе Д. Лондону и Ю. Дебсу. Отвечая на письмо Уоллинга, Ю. Дебс пишет, что революционный характер партии и движения необходимо сохранить полностью, любой ценой, ибо, если бы оно пошло на компромисс, это означало бы конец его существования.)
** (Указанное письмо Лондона от 30 ноября 1909 г. находится в Хантингтонской библиотеке (Пасадена, США). Там же находится копия ответа Ю. Дебса.)
Лондон всю жизнь интересовался проблемами развития социалистического движения. Среди бумаг, оставшихся после его смерти, сохранились собранные им вырезки статей, посвященных положению рабочих в США, статей Ю. Дебса, Б. Хейвуда, вождей различных направлений. Среди авторов - У. Липпман, П. Кропоткин, Э. Бернштейн, У. Гент. В библиотеке Лондона до конца жизни кроме "Манифеста Коммунистической партии" стояли два тома "Капитала" К. Маркса, работа Ф. Энгельса "Революция и контрреволюция в Германии", а также его работы "Развитие социализма от утопии к науке", "Происхождение семьи, частной собственности и государства", "Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии" и "Положение рабочего класса в Англии в 1844 году". Последняя книга - американское издание, снабженное блестящим предисловием и приложением, написанными Энгельсом специально для этого издания и дающими анализ развития рабочего движения в США.
Лондон остается верным идее победы социализма до конца дней, даже в годы, когда он отходит от активной социалистической деятельности. Однако никогда до 1905-1906 годов и никогда после не развивал писатель такой кипучей общественной деятельности. Он выступает с лекциями по общественным и политическим вопросам в Окленде, Беркли, Стоктоне, Сан-Франциско, Лос-Анжелосе и других городах Калифорнии, совершает с докладами о социализме и революции лекционное турне по Соединенным Штатам, выступает перед рабочими, студентами, интеллигенцией, перед членами женских обществ, бизнесменами.
"Русские университеты, - заявил 20 марта 1905 года Лондон в речи, произнесенной в Калифорнийском университете,- сейчас бурлят, зажженные революционным духом. И я говорю вам: университетские студенты и студентки, преисполненные жизненных сил мужчины и женщины, вот Дело, достойное ваших романтических порывов. Пробудитесь? Откликнитесь на его призыв!"*.
* (Листовка, объявляющая о вечере в клубе Рёскина, посвященном проводам Д. Лондона 9 ноября 1906 г. (Jack London's Night). Хранится в библиотеке Бэнкрофта Калифорнийского университета США.)
Речи Джека Лондона вызывают бурю одобрения революционно настроенных рабочих, молодежи и интеллигенции? и злобный вой буржуазии, яростные нападки капиталистической прессы.
Лондон следит за развитием революционных событий в России. Выступая перед широкой аудиторией, он называет русских революционеров, убивших царских чиновников, своими братьями. Реакционные газеты обрушивают шквал угроз: на писателя, требуя отречения от сказанного, но Лондон продолжает стоять на своем. Писателя травят, ищут любой предлог для издевательства, обвиняют в аморальности. Города Питсбург и Дерби даже изымают из библиотек его книги, а Лондон продолжает активную революционную деятельность, отдает много времени работе среди молодежи. В сентябре 1905 года его избирают президентом Студенческого социалистического общества, созданного для пропаганды идей социализма среди юношества.
Когда мэр Окленда отказывается возобновить разрешение на организацию социалистических митингов на улицах города, Лондон предлагает собраться вопреки запрету. Он сам готов подвергнуться аресту, чтобы вокруг вопиющего факта ареста знаменитого писателя организовать общественное мнение и добиться отмены запрета, наложенного мэром.
Лондон рецензирует книги социалистов*, выступает как активный публицист. В 1905 году написаны одна из лучших его статей "Революция", предисловие к сборнику "Война классов", в 1906 - статьи "Что значит для меня жизнь", "Гниль завелась в штате Айдахо". В его статьях и выступлениях выражается глубокая вера в рабочий класс, звучит призыв к революции. Писатель откликается на актуальные социальные проблемы, вдохновляется невиданным ростом социалистического и рабочего движения во всем мире, определяет его задачи и перспективы, уточняет для себя некоторые узловые вопросы общественной жизни, находит свое место в ней.
* (В мае 1905 г. Лондон напечатал рецензию на книгу Л. Скотта "Секретарь союза", в октябре - рецензию на книгу "The Long Day", написанную социалисткой; а в августе 1906 г.- статью о романе Э. Синклера "Джунгли".)
Он давно осознал, что "социализм - единственный выход для пролетариата"*; перестав быть пролетарием и став художником, Лондон, по его словам, "открыл, что социализм - единственный выход для искусства и художника"**.
* (Ch. London, v. 2, p. 16.)
** (Ch. London, v. 2, p. 16.)
В романах "Морской волк" и "Белый Клык" действие и основные конфликты совершались вне США, герои действовали в чужом для читателя мире. 1905-1908 годы знаменуются обращением Лондона в художественном творчестве к действительности США. Американская тема начала его интересовать еще в 1903 году (рассказы "Местный колорит" и "Любительский вечер"), но теперь этот интерес становится центральным. В 1905 году выходит его повесть "Игра", посвященная боксерам, и вслед за ней - сборник "Рассказы рыбачьего патруля", основывающийся на воспоминаниях юности, когда он значительную часть времени проводил на Сан-Францисском заливе. В 1907 году выходит написанный частично в 1906 году сборник рассказов "Дорога", отражающий бродяжнический период жизни Лондона. В нем он ставит социальные проблемы. В 1906 году опубликован один из известнейших рассказов писателя "Отступник", посвященный проблеме детского труда.
Слава писателя, несмотря на злобный вой буржуазной прессы, а отчасти -и благодаря ему, растет. Журнал "Карэнт литрэчур"* отмечает в мае 1907 года, что Лондон стал больше всех читаемым и более других обсуждаемым американским писателем.
* ("Current Literature", 1907, v. XLII, No. 5, p. 513.)
Крепнувшая связь писателя с рабочим движением и активное в нем участие вызвали к жизни роман "Железная пята". Начат он был в августе и закончен в декабре 1906 года* (издан в 1908 году). Эта острая злободневная книга звала к бдительности, готовности оружием ответить на попытки подавить волю американского народа, к свержению эксплуататорского строя; роман направлен против капиталистических монополий, посвящен грядущей революции в Америке и является мужественным актом писателя-гражданина. В то же время он свидетельствовал об эволюции художественного метода Лондона.
* (Ch. London, v. 2, p. 156.)
В письме в издательство, содержащем просьбу напечатать книгу Э. Синклера "Джунгли", а затем в рецензии на этот роман, опубликованный в августе 1906 года, Лондон охарактеризовал "Джунгли" как книгу сегодняшнего дня, дышащую правдой, написанную кровью сердца, подчеркнул, что она изображает то, чем являются США - домом притеснений и несправедливости, адом для людей, джунглями, населенными дикарями. Лондон назвал роман Синклера "Хижиной дяди Тома" наемного труда" и считал, что он написан для пролетариев*.
* (P. Foner. Jack London: American Rebel, pp. 80-82. )
Теперь Лондон сам создал роман для пролетариев, в котором попытался соединить суровое описание положения рабочего класса начала XX столетия с показом пути и методов, какими он будет менять свою жизнь, рассказом о том, как он станет жить, свергнув несправедливую систему эксплуатации и построив новое общество.
Реалистическое начало, получившее особенное развитие в творчестве Лондона, начиная с 1903 года, находит свое яркое выражение в этом романе. В нем же с неменьшей силой сказался и романтизм автора и его дар публициста. Трудно найти другую книгу писателя, где бы так ярко воплощались и сливались особенности его таланта.
В "Железной пяте" Лондон подвергает уничтожающей критике американский империализм, власть монополий. Он изобличает потогонную систему белого рабства, эксплуатацию женщин и детей, показывает ужасающие условия существования бедняков. Лондон убежден, что классовая борьба - неизбежный спутник капиталистического строя.
Привлекая обширный документальный материал, писатель разоблачает классовый характер буржуазной морали, продажность суда, применяемую им практику лжесвидетельств и пособничество церкви. В романе осуждается гнусная политика, практикуемая прессой и издательствами США, высмеивается низкопробная литература.
В этом произведении находят отражение наболевшие вопросы американского рабочего движения. Лондон разоблачает методы борьбы со стачечниками - провокации,, штрейкбрехерство, тактику раскола рабочего движения, стремление капиталистов разжечь чувство расовой ненависти. Он высмеивает наивную веру большинства в силу избирательной урны.
Вскрывая хитрый механизм капиталистического государства, книга убеждает, что подлинными властителями Америки являются миллионеры и монополисты Рокфеллеры, Гарриманы и им подобные. И власть их становится безграничной. Автор показывает, что Соединенные Штаты эволюционируют к олигархическому строю. Вытеснение и разорение мелких конкурентов в промышленности и сельском хозяйстве, концентрация капитала ведут к власти кучку монополистов - Железную пяту.
В основу сюжета романа "Железная пята" положена мысль, развитая Лондоном еще в статье "Вопрос о максимуме" (1898)*. Писатель говорил там, что в результате все усиливающейся концентрации капитала возможны два пути дальнейшего развития капитализма: либо он будет заменен социализмом, либо установится диктатура промышленной олигархии. Автор подчеркивал значительность шансов последней. Она может восторжествовать в результате ошибок и незрелости революции, а в случае победы - господствовать в течение ряда поколений.
* (Черновые наброски замысла романа, хранящиеся в Хантингтонской библиотеке (Пасадена, США), начинаются словами: "Олигархия" смотри "Вопрос о максимуме".)
Некоторые обозреватели и литературоведы (в частности, Ф. Фонер в работе "Д. Лондон - американский бунтарь") в качестве источника замысла Лондона указывали книгу У. Гента "Наш благодетельный феодализм", бившую тревогу по поводу надвигающейся власти плутократии. Книга Гента была прорецензирована Лондоном в 1903 году для журнала "Интэрнэйшнл соушилист ревью"*. Однако об угрозе захвата власти кучкой монополистов, как мы видим, Лондон говорил задолго до знакомства с книгой Гента. Работа Гента, видимо, помогла писателю кое-что уточнить во взглядах, возможно, из нее он почерпнул и некоторые детали - в том числе и те, что приведены в примечаниях Мередита и касаются политики Железной пяты по отношению к искусству.
* (Вторично рецензия Лондона на книгу "Наш благодетельный феодализм" была опубликована в сборнике "Война классов", появившемся за год до начала работы над "Железной пятой".)
Убеждение Лондона в возможности трагического для судеб рабочего класса исхода основывалось на факте растущей концентрации капитала и все большем сосредоточении богатств страны в руках небольшой кучки. Если к 1898 году, времени создания "Вопроса о максимуме", число слияний предприятий в промышленности было следующим: 1896 год - 3; 1897 год - 6; 1898 год-18; то далее процесс становится еще более интенсивным: 1899 год - 78; 1900 год - 23; 1901 год -23; 1902 год - 26; 1903 год -8 и т. д.*.
* (Л. И. Зубок. Очерки истории США, стр. 205.)
Кучка миллиардеров США сосредоточивала в своих руках огромную власть и получала право решающего влияния на государственный аппарат, брала под контроль полицию и армию, которую могла использовать в любой момент. В начале XX века эти силы государственного аппарата уже неоднократно применялись монополистами для борьбы со стачечным движением. Лондон был убежден, что монополисты воспользуются всеми средствами, чтобы подавить движение трудящихся, их попытку взять власть после победы на выборах социалистических кандидатов.
Наиболее откровенно о гнусных замыслах монополий говорит один из персонажей романа, представитель Железной пяты - Уиксон. "В грохоте снарядов, в визге картечи и щелкании пулеметов вы услышите наш ответ, - грозит он социалисту Эрнесту Эвергарду. - Вас же, революционеров, мы раздавим своею пятою, мы втопчем вас в землю.
Мир принадлежит нам, мы его хозяева, и никому другому им не владеть!.. А если бы вам и удалось одержать победу, и даже решающую победу... уж не думаете ли вы, что мы добровольно откажемся от власти, после того как она достанется вам на выборах?"*.
* (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 79-80.)
Приведенное высказывание Уиксона взято из главы "Клуб филоматов", несущей основною нагрузку идейного замысла романа*. В ней происходит столкновение двух идеологий и тактик - социалистической и капиталистической.
* (Гарри Поллит в статье, посвященной "Железной пяте", назвал главу "Клуб филоматов" своей любимой главой. "Challenge", 1955, No. 46.)
В этой же главе устами главного героя Эрнеста Эвергарда излагаются основы социалистической программы, развиваемой далее в главе "Математическая непреложность мечты" и последующих главах романа. В главе "Математическая непреложность мечты" Эвергард, фактически повторяя некоторые идеи статьи Лондона "Вопрос о максимуме", доказывает неизбежность гибели капитализма.
Лондон развивал в романе и свои представления о начале всемирной социалистической революции. Толчком к перевороту, по его убеждению, послужит экономический фактор - полный раздел международного рынка. Капиталистические страны, лишенные возможности сбывать за границу излишки товаров (рынками завладела олигархическая Америка), не знают, как ими распорядиться. "Этим странам,- говорится в романе, - оставалось одно - в корне перестроить свое хозяйство. Система прибылей завела их в тупик... Перестройка в этих странах вылилась в революцию... Рушились правительства, низвергались вековые устои. Капиталисты за. исключением двух-трех стран оказывали повсюду отчаянное сопротивление, но воинствующий пролетариат отнял у них власть. Наконец-то сбылось гениальное предсказание Карла Маркса: "Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют"*. Революции совершаются в Германии, Италии, Франции, Австралии, Новой Зеландии. В этих странах создаются правительства народного сотрудничества. Характерно, что Соединенные Штаты в эту эпоху потрясений и переворотов изображаются Лондоном как жандарм, подавляющий революционное движение в Канаде, Мексике, на Кубе.
* (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 161-162.)
Писатель показывает, что выступающие единым фронтом рабочие становятся грозной силой. Единодушные действия рабочего класса Америки и Германии предотвращают империалистическую войну между их странами. Решающую роль в этом случае играет всеобщая забастовка (такая тактика всячески пропагандировалась лидером социалистов Ю. Дебсом. Впоследствии Лондон разовьет мысль Дебса о всеобщей стачке в рассказе "Мечта Дебса", 1909). Но в критический момент измена ведущих профсоюзов парализует пролетарскую революцию в США; вследствие оппортунизма и раскольнической тактики профлидеров американское пролетарское движение оказывается раздробленным, что и предрешает торжество Железной пяты. Автор осуждает в романе догматизм и доверчивость социалистов, баюкающих себя надеждой на мирную бескровную победу путем выборов, не разглядевших звериной сущности американских монополий.
Писатель создал в романе "Железная пята" образы революционеров, новых героев, уже появившихся в американской действительности. Образ социалиста Эрнеста Эвергарда, носителя социалистической идеологии, был новым явлением не только в творчестве Лондона, но и во всей американской литературе.
Еще в статье "Революция" отмечались качества, присущие революционерам. "Революционеры - люди горячего сердца, - писал Лондон. - Им дороги права личности, дороги интересы человечества"*. В статье "Что значит для меня жизнь", опубликованной ровно через год, писатель развил эти свои представления. "Социалисты - это революционеры, стремящиеся разрушить современное общество, чтобы на его развалинах построить общество будущего. Я тоже был социалистом и революционером, - вспоминает он о начале своей социалистической деятельности. - Я вошел в группу революционных рабочих и интеллигентов и впервые приобщился к умственной жизни. Среди них было немало ярко талантливых, выдающихся людей. Здесь я встретил сильных и бодрых духом, с мозолистыми руками, представителей рабочего класса…"** (курсив мой. - В.Б.).
* (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 673. )
** (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 661.)
"У революционеров я встретил возвышенную веру в человека, горячую преданность идеалам, радость бескорыстия, самоотречения и мученичества - все то, что окрыляет душу и устремляет ее к новым подвигам. Жизнь здесь была чистой, благородной, живой... и я был рад, что живу. Я общался с людьми горячего сердца, которые человека, его душу и тело ставили выше долларов и центов и которых плач голодного ребенка волнует больше, чем трескотня и шумиха по поводу торговой экспансии и мирового владычества. Я видел вокруг себя лишь благородные порывы и героические устремления, и мои дни были солнечным сиянием, а ночи - сиянием звезд..."*. В американской литературе того времени не было другого, сделанного бы с такой любовью, восторгом и вдохновением описания деятельности социалистов и характеристики благородной профессии революционера.
* (Д. Лондон. Соч., т. 5, стр. 661.)
В "Железной пяте" Лондон предпринял попытку художественно воссоздать образы людей особого склада, вдохновленных горячей преданностью идеалам и великой верой в человека.
Лондоновские герои-борцы, прежде вступавшие в схватку с природой и друге другом, в этом романе выступили против общественной системы. На первом плане, как и в предыдущих романах, герой один, но теперь он борец за счастье трудящихся, вождь рабочего класса.
Этим главным героем был Эрнест Эвергард, социалист, руководитель, вышедший из народных глубин. Он был как раз одним из тех тружеников с мозолистыми руками, одним из тех ярко талантливых, выдающихся личностей, сильных и бодрых духом, которые представляли рабочий класс, которых увидел на социалистических митингах Лондон и о которых с большим уважением он писал в статье "Что значит для меня жизнь".
Богатырские мускулы Эвергарда выпирают из-под жиденького сукна пиджака, шея у него могучая и мускулистая, в недавнем прошлом он кузнец, да и сейчас похож на кузнеца. Сложением этот человек напоминает Билла Хейвуда, Большого Билла, как называли его рабочие, одного из любимых вождей